впало сердце и чернее смоли стало.
Сердце, на горе терпенья ты живешь, но все нагорьеСмыто паводком любовным и ровней юдоли стало.Навои, ты жемчуг нижешь из росу своей ланиты,И тебя лишь стихотворство утешать в недоле стало.* * *
Как от вздохов безнадежных дым струится, посмотрите!В ночь разлуки море горя как клубится, посмотрите!От луны письмо доставив, в грудь мою вонзила когтиИ с моим кровавым сердцем взмыла птица — посмотрите!Родинка на подбородке — волшебство индийских магов,А под ним михраб явила чаровница, посмотрите.У меня душа сгорает от любовной жгучей жажды.Два рубина, влаги полных, ей криница, — посмотрите.И глаза ее, и губы взяли в плен мою свободу,В них так сладостно и властно смех искрится, посмотрите.Тщетно Шествующий ищет, хоть и полон мир Желанным.Боже! Он страданья просит, он томится, посмотрите.Навои в стремленьи к другу перестал быть сам собою,Взял он посох, и на теле — власяница — посмотрите!* * *
Я желтухой болен, кравчий. Весь в осеннем цвете яром,Где ж вино, что охмеляет винограда желтым даром?И лицо мое, и тело — листья желтые на ветке.Пожелтели — кто ж излечит их целительным отваром!И в очах зрачки с белками стали желты, как тюльпаны.Что за хворь? Той розоликой жечь меня дано пожаром!Говорят, очам полезно видеть желтое — ах, где жеКипарис в одеждах розы, что пылает желтым жаром?Желтоперой птицей ночи стал среди полдневной стаиПожелтелый день разлуки, что сражен судьбы ударом.Если ж не больны желтухой ночь и утро, отчего жеНочь распустит кудри, солнце лик свой рвет — в рыданье яром?Желтизну больного тела Навои скрыл в прахе скорби —Так вот нищий в землю прячет золото в кувшине старом!* * *
Пусть сто тысяч звезд-жемчужин сыплет с высей небосвод —Туча бедствий неизбежно град печали