145

Не наблюдал я никогда такой же честности во взорах ни в ком за все мои года, как в нераскаявшихся ворах.

146

Лежу на нарах без движения, на стены сумрачно гляжу; жизнь — это самовыражение, за это здесь я и сижу.

147

Мы постоянно пашем пашни или возводим своды башен, где днем еще позавчерашним мы хоронили близких наших.

148

Горит ночной плафон огнем вокзальным, и я уже настолько здесь давно, что выглядит былое нереальным и кажется прочитанным оно.

149

Сгущается вокруг тугой туман, а я в упор не вижу черных дней — природный оптимизм, как талисман, хранит меня от горя стать умней.

150

За то, что я сидел в тюрьме, потомком буду я замечен, и сладкой чушью обо мне мой образ будет изувечен.

151

Мне жизнь тюрьму, как сон, послала, так молча спит огонь в золе, земля — надевши снежный саван, и семя, спящее в земле.

152

Не сваливай вину свою, старик, о предках и эпохе спор излишен; наследственность и век — лишь черновик, а начисто себя мы сами пишем.