Соблюдя формальности, нувориши уселись за стол и принялись смаковать плоды трудов баскаковских поваров, жадно поглощать высококачественную выпивку, в перерывах между глотками осыпая Игоря Семеновича заслуженными комплиментами. Один лишь Аникин не разделял общего веселья. Сумрачно глядя в никуда, он вяло ковырял вилкой в тарелке и механически осушал бокал с вином, тут же услужливо наполняемый пышногрудой длинноногой девицей, которую Петр Александрович вообще не замечал. Перед глазами у него неотступно маячило лицо другой девушки из далекого прошлого, а в ушах звучал испуганный голос: "Господи, Боже!.. Петя, ты?! Петя, да как же..."

Искоса поглядывая на Аникина, Баскаков недовольно морщился, думая при этом: "Свихнулся мудила на старости лет! Точно свихнулся! Нужно подгребать "Меркурий" целиком под себя. Мало ли чего псих выкинет?! К примеру, возьмет да раздаст все деньги нищим?! С него, пожалуй, станется!

"Кровь невинная покоя не дает!.." Долбанутый слюнтяй! Как поступить? Определить Петруху в дурдом или действительно показать наркологу-экстрасенсу Вите Гаврикову?" (Необходимо заметить, что господин Баскаков хоть и являлся закоренелым атеистом, но в экстрасенсов верил. Биополя, мол... резервные возможности человека и т. д. и т. п.) Внезапно его осенило: "Ба! Да ведь сводня Кукушкина тоже вроде экстрасенс! Что, если попробовать воздействовать на Петьку прямо сейчас?! Попытка не пытка. Авось получится?"

Он жестом подозвал одну из прислуживавших за столом девиц и шепотом приказал:

- Давай сюда Инессу Петровну. Живо!..

* * *

Кукушкина громадным жирным колобком быстро прикатилась на зов и, нацепив на мясистую физиономию приветливую улыбочку, нагнулась к Баскакову:

- Звали, Игорь Семенович?