Милые дамы все поголовно ошибались. Аникин и не думал о жене. Просто в душе у него шевелилось что-то странное, ядовито-болезненное. Петр Александрович знал - это неспроста, но причину не понимал и оттого мучился еще сильнее... В середине дня позвонил старинный приятель, Игорь Семенович Баскаков, второй совладелец "Меркурия".
- Привет! - жизнерадостно поздоровался он. - Как дела?
- Как сажа бела, - хмуро ответил Аникин.
- Перестань придуриваться! Я-то знаю!..
- Что?
- Про контракт! Захапал-таки! Молодец! Высший пилотаж! Небось опомниться не можешь от радости, а, дружище?!!
- Брось! Мне он до фени...
- Ох лицемер, лицемер! Впрочем, дело хозяйское. Хочешь повыпендриваться - на здоровье!.. Кстати, какие планы на вечер? - сменил Баскаков тему разговора.
- При наличии отсутствия, - вымученно сострил Петр Александрович.
- Вот и хорошо! Подгребай ко мне часов эдак в девять. Гарантирую полное снятие меланхолии, - Игорь Семенович залился игривым смехом. Приедешь?!
- Пожалуй...
- Не пожалуй, а так точно! Ладно, жду...
Повесив трубку, Аникин подпер голову руками и задумался: "Действительно, почему не развеяться? Игорь большой специалист по организации увеселительных мероприятий. Нужно обязательно заскочить к нему на огонек, но предварительно следует хорошенько выспаться. Снятие меланхолии методом Баскакова затянется по меньшей мере до утра. Да, выспаться необходимо! Благо важных дел сегодня больше не предвидится, а с мелочевкой заместитель справится!"
Петр Александрович приказал секретарше никого к нему не впускать, по телефону ни с кем не соединять... дескать: "Нету! Отъехал! Когда вернется неизвестно!", отключил сотовый (пусть и близкие, избранные не беспокоят), принял несколько таблеток сильнодействующего снотворного, выкурил одну за другой две сигареты [Некоторых людей после снотворного (как после алкоголя или кофе) "пробивает" на курево.], прошел в смежную с рабочим кабинетом комнату для отдыха, улегся на широкий кожаный диван и вскоре крепко уснул...
* * *
Старик висел на цепях и вопил диким, нечеловеческим голосом, а низенький кривобокий тип, покрытый с ног до головы густой, грязной, свалявшейся шерстью, старательно хлестал его обнаженное, судорожно дергающееся тело длинным, гибким хлыстом, сотканным из раскаленных добела металлических нитей.