x x x

Семья - театр, где неслучайно У всех народов и времен Вход облегченный чрезвычайно, А выход сильно затруднен.

x x x

Закосневшие в семейственной привычке, Мы хотя воспламеняемся пока, Но уже похожи пылкостью на спички, Что горят лишь от чужого коробка.

x x x

Бойся друга, а не врага Не враги нам ставят рога.

x x x

Наших женщин зря пугает слух Про мужских измен неотвратимость, Очень отвращает наш от шлюх С ними говорить необходимость.

x x x

Амур хулиганит с мишенью Мужских неразумных сердец, И стерва, зануда и шельма Всех раньше идут под венец.

x x x

Сегодня для счастливого супружества У женщины должно быть много мужества.

x x x

А Байрон прав, заметив хмуро, Что мир обязан, как подарку, Тому, что некогда Лаура Не вышла замуж за Петрарку.

x x x

В идилии всех любящих семей Где клен не наглядится на рябину, Жена из женской слабости своей Увесистую делает дубину.

x x x

Для домашнего климата ровного много значит уместное слово, И от шепота ночью любовного Улучшается нрав домового.

x x x

Век за веком слепые промашки Совершает мужчина, не думая, Что внутри обаятельной пташки Может жить крокодильша угрюмая.

x x x

Разбуженный светом, ожившим в окне, Я вновь натянул одеяло; Я прерванный сон об измене жене Хотел досмотреть до финала.

x x x

Семью трясет озноб скандальный, Летят потоки слов случайных, И ясно слышен звон кандальный Колец обоих обручальных.

x x x

Любым - державным и келейным Тиранством чужд мой организм, Хотя весьма в быту семейном Полезным вижу деспотизм.

x x x

Вполне владеть своей женой И управлять своим семейством Куда труднее, чем страной, Хотя и мельче по злодействам.

x x x

Пора! Теперь меня благослови В путь осени, дождей и листопада, От пламени цветенья и любви До пепла увяданья и распада.