За горами же солнце и отдых, и рай, Пусть это мираж — все равно… Когда тысячи крикнули слово: отдай — Урагана сильней оно. И когда Луна за облака Покатилась, как рыбий глаз, По сломанным, рыжим от крови, штыкам, Солнце сошло на нас. Дельфины играли вдали, Чаек качал простор, И длинные серые корабли Поворачивали на Босфор. Мы легли под деревья, под камни, в траву; Мы ждали, что сон придет Первый раз не в крови и не на яву, Первый раз за четвертый год. Нам снилось, если сто лет прожить, — Того не увидят глаза, Но об этом нельзя ни песен сложить, Ни просто так рассказать.

1922.

Баллада о дезертире

Сергею Колбасьеву

Часовой усталый уснул, Проснулся — видит в траве В крови весь караул Лежит голова к голове. У каждого семья и дом… Становись под пули солдат, А ветер зовет: уйдем… А леса за рекой стоят. И ушел солдат… но в полку Тысяча ушей и глаз, На бумаге печать в уголку, Над печатью штамп и приказ. И сказал женщине суд: — Твой муж трус и беглец, И твоих коров уведут И зарежут твоих овец А солдату снилась жена, И солдат был сну не рад, Но подумал: она одна, И вспомнил, что он солдат. И пришел домой как есть, И сказал: отдайте коров И овец иль овечью шерсть,