Бенедикт Лившиц.

Весна 1913 г.


Вадим Шершеневич

К Большакову

Сердце вспотело, трясет двойным подбородком и Кидает тяжелые пульсы рассеянно по сторонам. На проспекте, изжеванном поступью и походками, Чьи-то острые глаза бритвят по моим щекам. Пусть завтра не зайдет и не пропищит оно, В телефон, что устало, что не может приехать и Что дни мои до итога бездельниками сосчитаны, И будет что-то говорить должго и нехотя. А я не поверю и пристыжу: «Глупое, глупое, глупое! Я сегодня ночь придумал новую арифметику, А прежняя не годится, я баланс перещупаю И итог попробую на языке, как редьку». И завтра испугается, честное слово, испугается. Заедет за мною в авто взятом на прокат, И на мою душу покосившуюся, как глаза у китйца, Насадит зазывный трехсаженный плакат. И плюнет мне в рожу фразой, что в млечном Кабинете опять звездные крысы забегали, А я солнечным шаром в кегельбане вневечном Буду с пьяными выбивать дни, как кегли.


5 из 48