Лег отдохнуть, осиленный зевотой,

В сгущавшуюся тень смотрел сонливо.

И вдруг: лучу подобно, из-за тучи

Тьму разгоняющему дерзновенно,

Явился свет, внезапный и могучий,

Развеяв дремоту мою мгновенно.

Прикрыв глаза, я как завороженный

От ослепленья ничего не видел,

Когда же я прозрел, то пораженный

Застыл в нелепо удивленном виде:

Туманный силуэт ко мне явился,

Сгущаясь в темноте неторопливо,

Висел под потолком, не шевелился, -

То ль ангел это был, то ль бес ретивый.

Но тут с небес раздался гимн прекрасный,

Пьянящий красотою неземною,

При этих звуках нежных стало ясно,

Что ангел это был передо мною.

Я должен был, возможно, преклониться

Пред появившимся негаданно созданьем,

Но я не мог ни встать, ни шевелиться,

Ни просто думать в этом состоянье.

Тут ангел мне сказал (он рта при этом

Не открывал - я видел это ясно,

Хоть слышал его четко и прекрасно):

"Возрадуйся! Я есмь посланец света.

Явился я сюда по воле Божьей,

Чтобы тебя на нужный путь направить", -

И он умолк, а я не мог заставить

Себя не биться в страхе мелкой дрожью.

"Запомни же, Иуда! - продолжал он

Мне говорить, не шевеля губами. -

Пророк явиться должен между вами,

Который новой эре даст начало.

Тебе же суждено к нему явиться,

Чтоб вместе с ним по миру в путь пуститься,

Пророчествуя людям, исцеляя,

На добрые дела благословляя.

Вы оба, ты и он, а также с вами

Еще одиннадцать, пройдя по Палестине,

Деяниями, мыслями, словами

Должны внушить народу, что отныне