на часок оглашаются пеньем точила.

ГОД ВИНОГРАДА

Лоза в цвету - все гуще, все нарядней;

долина по-весеннему свежа.

Я коротаю год при виноградне,

определен деревней в сторожа.

Почую холод - силу собираю,

зову сельчан, вовсю трублю в рожок:

раскладывайте, мол, костры по краю,

палите все, что просится в разжог.

Лоза в листве, черед зачаться гроздам,

страшилы позамотаны в тряпье,

меж тыкв уютно греться по бороздам,

лесс налипает на лицо мое,

харчей промыслю за каменоломней,

- где прячусь я, не знает ни один,

колени к подбородку, поукромней,

и - засыпаю, обхвативши дрын.

Зрелеют грозды, множится прибыток,

тычины подставляю; где пора,

сметаю с листьев и давлю улиток,

меж тем в долине - сенокос, жара.

Слежу - не забредет ли кто нездешний,

лещину рву, хоть и не куст улов,

грызу дички да балуюсь черешней,

и дудочкой дразню перепелов.

Созрели грозды, и летать не впору

объевшемуся ягодой скворцу;

пусть виноградарь приступает к сбору

а мой сезонный труд пришел к концу.

Всплывает запах сусла над давильней,

мне именно теперь понять дано:

чем урожайней год, чем изобильней

тем кровь моя зрелее, как вино.

В ЛЕССОВОМ КРАЮ

Под листвою - стволы, под колосьями - лесс,

под корнями - скала на скале.

Вот и осень: от ветра трещат кочаны,

и соломинки клевера в поле черны:

изначальность приходит к земле.

Что ни русло - обрыв, что ни устье - овраг;

только чахлая травка вверху.

Проступают в кустарниках древние пни,

и буреют утесы, как будто они

лишь сегодня воздвиглись во мху.

Створки древних моллюсков под плугом хрустят

в темном мергеле, в лессе, в песке.

Под побегами дремлет гнилая сосна,