Женщина под синим зонтом сочувственно посмотрела на меня:

– Вы только не нервничайте. Она обязательно найдется. Дети, они не представляют, как мы паникуем, когда их нет. Вот у меня была история…

Я не слушала ее – я находилась в состоянии, близком к обмороку. Перед моими глазами все плыло, я сцепила руки… И когда в поле моего зрения попало белое платье с голубым рисунком на груди, я подумала, что вот – начинаются галлюцинации.

И упала в обморок.

Очнулась я от двух голосов. Звонкий детский щебетал:

– А мама не умрет?

– Нет, ну что ты, это обморок от жары.

Второй голос был пугающе знаком, он медленно всплывал из глубин памяти… я застонала и приоткрыла глаза. Я лежала на парапете, и рядом сидела Кристинка с мороженым в руке.

– Мамочка! – Родное лицо с волосами-кудряшками прильнуло ко мне. – Мамочка! Я так испугалась, когда ты упала. Я почему-то думала, что ты умерла. А папа сказал: пережарилась. Захотела быть шоколадкой…

– Где ты была? – тупо спросила я.

– С папой! Он подошел ко мне на пляже и пригласил прогуляться. Сказал: мы с тобой походим, погуляем, сделаем маме сюрприз.

– Сюрприз…

Я села на парапет. Голова тупо болела. Я тряхнула ею.

– Ну что? Очнулась? – насмешливо спросил знакомый голос.

Я посмотрела вниз – и первым делом в глаза мне бросились коричневые сандалии. Такие стильные, с ремешками. Я подняла глаза выше. Честно говоря, делать мне этого не хотелось. Мне не хотелось видеть этого человека. Но – пришлось. Он почти не изменился. Насмешливый взгляд, темные глаза, рассматривающие в упор. Загорелое лицо и новый штрих – небритость.

– Очнулась, – процедила я. – Так это ты увел ребенка с пляжа?

– Я! – И мой бывший муж широко улыбнулся.

Я набрала в грудь воздуха и, резко поднявшись с парапета, шагнула к нему.

– А ты подумал, что я буду нервничать и переживать, сходить с ума от того, что ее нет на пляже? А ему, видите ли, сюрпризы подавайте!..