Первоначальных светлых дней, Но строги каменные звенья, Обман — мечтания о ней. И те мечты не обезгрешат, Они тоскливей, чем игра. Больного ль призраки утешат? Жильцу могилы ждать добра? Промчатся годы — карты те же И та же злата желтизна, Сверкает день все реже, реже, Печаль игры как смерть сильна! Тут под давленьем двух миров Как в пыль не обратиться? Как сохранить свой взгляд суров, Где тихо вьется небылица? От бесконечности мельканья Туманит, горло всем свело, Из уст клубится смрадно пламя И зданье трещину дало. К безумью близок каждый час, В глаза направлено бревно. Вот треск и грома глас. Игра, обвал — им все равно! Все скука угнетает… И грешникам смешно… Огонь без пищи угасает И занавешено окно… И там в стекло снаружи Всё бьется старое лицо, Крылом серебряные мужи Овеют двери и кольцо. Они дотронутся, промчатся, Стеная жалобно о тех, Кого родили… дети счастья Всё замолить стремятся грех…

1912, 1914

Игра в аду. Издание 1912 года

рисунки Наталии Гончаровой