Белой россыпью душистой Оживи скорей И красой пресветлочистой Душу мне согрей.

Белым кружевным батистом Убери весь сад. Без красы твоей пречистой Жизни я не рад.

Иркутск, 1993 г.

Божьей милостью спелой черешнею Ты мои утоляешь уста. Ах, какие мы нынче безгрешные, Люди этого нам не простят.

Позаботятся ближние дальние, Станут масло плескать на огонь, Лопнет косточка. Горечь миндальная На губах, да пустая ладонь.

И теперь мы далекие близкие, Как соседние материки, И в Нью-Йорке ли, в Новосибирске ли Вспоминать нынче нам не с руки

Дни, в которые спелой черешнею Ты мои утоляла уста, И какие мы были безгрешные, Как ни до, ни потом никогда.

Нью-Йорк, 1996 г.

ВРЕМЕНА ГОДА

Много звезд мерцает над рекою В ясном небе летним вечерком. Кто из нас застыл пред этой красотою, Тот душой поэт и сердцем астроном.

Много звезд взойдет в круженье вечном И покинет этот небосклон. Кто из нас одной звезде остался верен, Тот душой поэт и сердцем астроном.

Сколько звезд! Пересчитайте взглядом! Это лучше, чем считать ворон. Кто из нас открыл одну звезду, хотя бы, Прожил, как поэт и мудрый астроном.

Иркутск, 1987г.

Осень... Пестрым платком Машет сентябрь вслед легкокрылым Мечтам моим.

Осень... Слишком знаком Мне тот, едва уловимый, Новой зимы мотив.

И листопад и снегопад, Перемежаясь невпопад, Под ноги мне улягутся под утро.

И, оставляя темный след, Я побреду на тусклый свет Светила, отливающего ртутью.

Иркутск, 1989 г.

Зимний вечер, снег да ветер Неприкаянный, Заплутавшим человеком Попрекаемый.

Что ты стонешь, что рыдаешь, Просишь нежности И к ногам берез роняешь Космы снежные?

Не согреешь ледяным ты Их дыханием.