Иркутск, 1990 г.

Подснежник.

Окна - настежь, выдохнем усталость И вдохнем любовь, тоску и нежность. Распустился маленький подснежник Белым мотыльком, лишь снег растаял.

В снах берез еще метут метели, Ель дрожит с рождественских морозов, Лишь подснежник безмятежно розов, Как младенец в чистой колыбели.

Может быть, что будет вьюга завтра, Может быть все то, что быть не может, И подснежник расцветает в марте, Милый выскочка неосторожный.

Иркутск, 1990г.

Неужели вновь весна Божия награда. Вдоволь хлеба и вина! Ну, чего же еще надо.

Стали звуки звончей, Стали краски ярче! Отчего ж вы все мрачней, Старый рыцарь из Ламанчи?

Старость, право, - не беда, Не помеха - бедность. Даже пусть, любовь прошла, Но осталась в сердце верность.

Жив покуда Россинант, Или я - не Санчо? Лучше собирайтесь, гранд, Отвоевывать Ламанчу!

Пусть, глядят со всех сторон С чувством превосходства, Есть особенный резон В позабытом благородстве.

Нам ли жить да горевать, Милостыню клянчить? Лучше собирайтесь, гранд, Отвоевывать Ламанчу!

Новосибирск, 1984г

Камчатка

Камчатка - рыбина меж двух морей, Хвостом подвешенная за Чукотку, Хребет по средней линии у ней, Курилы дружным строем лезут в глотку.

По шкуре изумрудно-голубой Вулканы, чирей, гноящиеся лавой. Она серебряной линяет чешуей, И брюхо ей поток прохладный гладит.

И что мы ей, полмиллиона душ, Подобием невзрачных паразитов Готовых всякий час сорвать свой куш И улететь на запад по транзиту?

Она плывет на юг, где океан Освободит ей жабры от мазута, Залижет шрамы гусеничных ран, И все не уплывает почему-то...

Малаховка, 1987г.

Счастье наугад.

Ну, как Христу за пазуху, в Авачинскую бухту Заходят после рейса изможденные суда. Поставив точку в плаванье, двурогий якорь бухнул, И капитан по трапу опускается сюда,

Где по сопкам понатыканы Разношерстные дома, Что своей раскраской дикою Тихо сводят нас с ума.