<I>Из тварей всех, в земле и на земле живущих,И зрячих и слепых, безгласных и поющих,Которые ползут и ходят на ногах,Летают в воздухе и плавают в водах,От Лимы до Москвы, от Темзы до Терека —Нет твари ни одной глупее человека.«Как, — спросят вдруг меня, — червяк, и муравей,И насекомое, чуть зримо для очей,Едва ль живущее, — умнее человека?»Так точно. Разве ум зависит наш от века?Я вижу, изумлен, смущен, профессор мой,Качаешь ты своей ученой головой.«В природе человек верховный повелитель, —Ты говоришь, — весь мир его страстям служитель.Ему леса, луга, и горы, и моря,И все животные в нем признают царя,И разум свыше дан ему лишь в достоянье».Профессор мой, ты прав: рассудком обладаньеЕдиный человек стяжал в природе всей,И потому-то он из тварей всех глупей.«Такие выходки в сатире лишь годятсяИ могут рассмешить, кто хочет рассмеяться, —Ты говоришь, — но мне их должно доказать,Взойди на кафедру, изволь мне отвечать».Что мудрость! — власть ума над чувствами, страстями,Спокойствие души, испытанной бедами,Неизменяемость чувств, мыслей, правил, дел.Кто ж менее людей сей дар благий имел?Все лето муравей проводит за трудами,Наполнить закром свой старается плодами:Когда ж дохнет борей, повеет зимний хлад,Спокойный муравей запасами богат,Смеется под землей метелей зимних воюИ ест, что собрано им летнею порою.Видал ли муравья, скажи, профессор мой,
