А этот дуэлист, славнее всех других: На поединках он зарезал семерых; Но мало! человек с чертовским ухищреньем Не занят ли всегда подобным истребленьем? Он порох изобрел, железо изострил; Вдруг тысячи губить науку сотворил. <III> «Потише, говоришь, к чему так горячиться? Имеем страсти мы, в том всякий согласится, Подобно иногда волнению морей; Но добродетели малейшие людей Вознаграждают их все слабости, пороки. Скажи: не их ли ум и смелый и высокий Измерил небеса, нашел пути планет, На утлом челноке кругом объехал свет, Обширным знанием объемля и пучины, Проник природы ход, явления, причины? Ужели мы и сим не превзошли скотов? Цветут ли, как у нас, в глуши твоих лесов И академии и университеты, И выпускают ли ученых факультеты Поэтов, химиков, юристов, докторов?» Нет, доктор ни один не отравлял лесов Своей убийственной и дерзкою наукой, И без болезней жизнь зверей — тому порукой: Не мучатся они над путаницей прав; Природы таинства, природы не познав, Проникнуть не хотят; и в гордости свободной Не силятся они забыть язык природной. Пустыми бреднями, набором пышных слов Не затмевается врожденный свет умов… Но это в сторону. Оставя древних мненья, Что наши знания едва ль не заблужденья, Я сам спрошу тебя: в наш просвещенный век Где ж по учености ценится человек?.. «Когда желаешь быть в больших чинах, в почтенье (Родитель говорит сынку нравоученье, Который выходить из детских начал лет), Последуй мне во всем, прими ты мой совет.