Усмехнулся: «Набили холку!» Но пустил ночевать. Странно. И даже перевязали рану. Правда, не он, а дочь. И вот — ночь. …На сеновале Мыши Скреблись и шуршали. Сквозь крышу Месяц Серебряным пальцем шарил. «Если найдут — повесят…» Не спится. Опустив ресницы, Лежал и вспоминал. В прошлом году в Одессе, Да, да, в тот же день, Кажется, у Семадени, Пил вино, и стрелял в свою тень, И хотел целовать колени У подошедшей к столу. Засмеялась: «Мальчик — и глупый. Для этого есть губы…» Ночью бродили по молу. Сначала Учил он кавалерийским сигналам И как развернуть эскадрон. А после она — Как расстегивать кнопки на женских платьях, Пьянеть без вина В умелых объятьях И целовать тягуче и сладко… А потом, Днем — На вокзале в эшелон посадка, Переезд И в ночной бой. И так же сеть звезд — Над головой… V Вдруг — Проснулся. «Кто тут?» Снова стук. И шепот: «Вставайте, за вами идут. Я не могу вам помочь». Убежала. Дочь. Выглянул. А за хатами Пробираются трое С винтовками и ручными гранатами. Дело простое… Пригнулся — и в тень. За углом Перескочил через плетень И к лесу бегом. Снова на воле. Ищи ветра в поле… Через лес — в овраг.