Чарли положил трубку. Шукк между тем действительно сел рядом с дамой в лиловом платье и принялся внимательно следить за шариком рулетки. Как и все за столом, он также приготовился к игре: достал маленький блокнот, шариковую ручку, сигареты и всё это разложил поудобней на столе. Затем Шукк набрался решимости и не без колебаний сделал малюсенькую ставку.

— Вам следовало поставить на четырнадцать, уважаемый… — сказала глуховатым голосом сидящая рядом с Шукком дама и улыбнулась одними глазами.

Шукк также улыбнулся.

— Уже занято, мадам! — ответил он.

И Шукк и дама в лиловом некоторое время играли молча. Рядом с кошельком, принадлежащим даме, лежала такая же шариковая ручка, как и та, что являлась собственностью Шукка. Точно такая же, вряд ли одно яйцо отличается от другого больше. Поэтому не было ничего удивительного в том, что Шукк совершенно случайно взял эту ручку себе, когда собирал свои принадлежности, чтобы оставить зелёный стол.

Возле бара толпилось много людей, но Шукк разыскал уютный уголок. Он вежливо пододвинул высокую табуретку, когда его привлекательная соседка в лиловом платье покинула рулетку и направилась к нему.

— Счастье в игре покинуло вас… — сказала дама.

Шукк грустно вздохнул.

— Вы изволите что-нибудь заказать?

— Только виски.

Они занялись своим виски, время от времени поглядывая друг на друга. Их взгляды встречались с неподдельным интересом. Со стороны было ясно: этим двоим есть о чём поговорить, и отнюдь не на деловые темы. Шукк знал, что Адельгейд — так звали его даму — уже перешагнула, четвёртый десяток. Дам в этом возрасте и этих занятий в специальных кругах называли «мытыми», но самому Шукку казалось, что от его соседки исходят весьма приятные флюиды.