- А что, красный казак такой быстрый только с девушками или еще и тогда, когда надо поскорее от немцев драпать? - прищурившись и цепким взглядом рассматривая парня, насмешливо кривя свои красивые пухлые губы, с раздражением спросила Дина.
Пятаченков и без того был красный лицом - от жары, недавнего боя и скачки. А от слов девчонки покраснел еще больше, сделался бурым почти. И вдруг с очень серьезной и искренней обидой и неожиданно детскими интонациями в голосе ответил:
- Я не знаю, девушка, что вы себе думаете, говоря такие обидные незаслуженные слова красному казаку. Мы от самой границы в боях, и я не виноват, что еще не погиб, а немцев уже положил с десяток или два. И к тому же я потомственный казак. В нашем роду от врагов не бегают! А к Неману я первый - так это командир приказал лодки для раненых найти на том берегу.
- Прости, казак, - с раскаянием сказала Дина, обняла его левой рукой за шею и быстро поцеловала в щеку.
- Да что ты. - обалдело-счастливо пробормотал парень. - Вообще меня Алешкой зовут. Алексеем.
- А меня - Дина. Слушай, Леша, помоги нам с подругой переправиться. - Дина уже сама держала его за руку.
- Да какой разговор! - радостно воскликнул казак. - Я-то сам туда-обратно пять раз легко перемахну, а там пока лодки найдем. То да се. И сначала раненых. А знаете, поплыли сейчас вместе со мной. Я так сам легко переплыву, а вы обе за коня подержитесь. Неман-то неширокий.
В это время началось активное движение. Сдерживая лошадей и телеги руками, казаки спускали с кручи к воде телеги с ранеными. Спешно несли к воде носилки, разгружая их с подъехавших телег и грузовиков, а чаще всего раненых несли на руках и на спинах. А с правого берега уже отчалили и сноровисто направились в сторону берега левого несколько лодок. Дина, а за ней Софа, но прежде них, конечно же, Алешка Пятаченков впряглись в эту работу - помогать снести раненых к воде, и тут разнеслось: к берегу подходят немцы. Сразу раздалась команда: «Занять оборону! Раненых в укрытие! К бою!»