Все готово? И ад? И рай?
Из-за сцены.
Г-о-т-о-в-о! Давай!
* * * * *
ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ
На зареве северного сияния шар земной, упирающийся полюсом в лед пола. По всему шару лестницами перекрещиваются канаты широт и долгот. Между двух моржей, подпирающих мир, э с к им о с-о х о т н и к, уткнувшись пальцем в землю, орет д р у
г о м у, растянувшемуся перед ним у костра.
О х о т н и к
Эйе! Эйе!
Р ы б а к
Горланит. Дела другого нет пальцем землю тыркать.
О х о т н и к
Дырка!
Р ы б а к
Где дырка?
О х о т н и к
Течет!
Р ы б а к
Что течет?
О х о т н и к
Земля!
Р ы б а к (вскакивая, подбегая и засматривая под
зажимающий палец)
О-о-о-о! Дело нечистых рук. Черт! Пойду предупрежу Полярный круг.
Бежит. На него из-за склона мира наскакивает выжимающий рукава н е м е ц. Секунду ищет пуговицу и, не найдя,
ухватывает шерсть шубы.
Н е м е ц
Гер эскимос! Гер эскимос! Страшно спешно! Пара минут...
Р ы б а к
Ну?
Н е м е ц
Так вот - сегодня сижу я это у себя в ресторане на Фридрихштрассе. В окно солнце так и манит. День, как буржуй до революции, ясен. Публика сидит и тихо шейдеманит. Суп съев, смотрю я на бутылочные эйфели. Думаю: за какой мне приняться беф? Да и приняться мне за беф ли? Смотрю и в горле застрял обед: что-то неладное с Аллеей Побед. Каменные Гогенцоллерны, стоявшие меж ромашками, вдруг полетели вверх тормашками. Гул. На крышу бегу. Виясь вокруг трактирного остова, безводный прибой, суетне вперебой, бежал, кварталы захлестывал. Берлин - тревожного моря бред, невидимых волн басовые ноты. И за, и над, и под, и пред домов дредноуты! И прежде чем мыслью раскинуть мог, от Фоша ли это или от...
Р ы б а к
Скорей!
Н е м е ц
Я весь до ниточки взмок.