Смотрю все сухо, но льется, и льется, и льет. И вдруг, крушенья Помпеи помпезней, картина разверзлась с корнем Берлин был вырван и вытоплен в бездне, у мира в расплавленном горне. Я очнулся на гребне текущих сел. Я весь свой собрал яхт-клубский опыт, и вот перед вами, милейший, все, что осталось теперь от Европы.

Р ы б а к

Н-н-немного...

Н е м е ц

Успокоится, конечно... Дня-с на два-с.

Р ы б а к

Да говори ты без этих европейских юлений! Чего тебе надо? Тут не до вас.

Н е м е ц (показывая горизонтально)

Разрешите мне около ваших многоуважаемых тюленей.

Рыбак досадливо машет рукой костру, идет в другую сторону предупреждать Круг - и натыкается на выбегающих из-за дру

гого склона измокших а в с т р а л и й ц е в.

Р ы б а к (отступая в удивлении)

А еще омерзительней не было лиц?!

А в с т р а л и е ц с ж е н о й (вместе)

Мы - австралийцы.

А в с т р а л и е ц

Я - австралиец. Все у нас было. Как-то-с: утконос, пальма, дикобраз, кактус...

А в с т р а л и й к а (плача в нахлынувшем чувстве)

А теперь пропали мы, все пропало: и кактусы, и утконосы, и пальмы все утонуло... все на дне...

Р ы б а к (указывая на разлегшегося немца)

Вот идите к ним. А то они одне.

Собравшись вновь идти, эскимос остановился, прислушиваясь к

двум голосам с двух сторон земного шара.

П е р в ы й г о л о с

Котелок, у-ту!

В т о р о й

Цилиндр, у-ту!

П е р в ы й

Крепчает! Держитесь за северную широту!

В т о р о й

Яреет! Хватайтесь за южную долготу!

По канатам широт и долгот скатываются с земного шара а н г л и ч а н и н и ф р а н ц у з. Каждый водружает национальное знамя.

А н г л и ч а н и н

Знамя водружено. Хозяин полный в снежном лоне я.

Ф р а н ц у з

Нет, извините! Я раньше водрузил. Это - моя колония.

А н г л и ч а н и н (раскладывая какие-то товары)

Нет - моя, я уже торгую.

Ф р а н ц у з (начиная сердиться)

Нет - моя, а вы себе поищите другую.

А н г л и ч а н и н



4 из 43