За мыс туманный Меганон, И черный парус возвратится Оттуда после похорон.

В горячке соловьиной

Что поют часы-кузнечик Лихорадка шелестит И шуршит сухая печка Это красный шелк горит.   Что зубами мыши точат   Жизни тоненькое дно —   Это ласточка и дочка   Отвязала мой челнок. Что на крыше дождь бормочет Это черный шелк горит, Но черемуха услышит И на дне морском: прости!   Потому, что смерть невинна   И ничем нельзя помочь,   Что в горячке соловьиной   Сердце теплое еще!

Борис Бобович

Вадиму Баяну

Ты Гималайскою громадой Шагаешь к миру с палашом Чтоб по земному вертограду Лизнул великий бурелом! Ты разбуди ударом острым Медлительный поток времен И над взыскующим погостом Змеиный соверши уклон! И мир, страданьем утомленный Продавший Бога за гроши, Введи в пророческое лоно Своей сократовой души! Твоя душа — поджар и нега, Она цветет, она горит! Над вёснами, над грудой снега Она для нас — великий скит. Какая радость кинуть жизни Медоточивый ворох слов И злым укусам укоризны Швырнуть в ответ железный зов!


16 из 17