Трижды Катилина был под судом и трижды оправдан: его обвиняли в связи с весталкой, в разорении провинции и, наконец, в убийстве. Катилина не просто убил Марка Мария Гратидиана ^[20], а руководил расправой и сам истязал с наслаждением. Но проскрипционные списки ^[21] Суллы ^[22] освятили это убийство. Зато на консульских выборах Катилина в очередной раз провалился. Быть по своей природе жестоким неприлично. Пытать и убивать должны рабы и наемные слуги, патриций проливает кровь только в бою.

Здесь и далее - отрывки из записок Публия Клодия Пульхра, уцелевших на выскобленном пергаменте, переданном Зосиму.

- Дождь… - вздохнул Клодий, стоя под навесом вестибула^[23] и кутаясь в толстый простонародный плащ с капюшоном.

Впрочем, дождь заканчивался - уже последние капли стучали по мостовой, да шумела вода в водостоках, убегая в Большую клоаку, а оттуда - в зеленые воды Тибра.

В разрывах туч мелькало синее небо. Клодий плотнее закутался в плащ и зашагал мимо глухих стен особняков, лишенных окон и однообразно повторявших друг друга. Различия вносили лишь вестибулы, одни - украшенные колоннами, другие - росписью или трофейными щитами. Несмотря на дурную погоду, на улицах царила суета - сновали слуги, носильщики, почтари, даже знатные куда-то шествовали, накинув поверх тог толстые плащи. Уже спустившись с Палатина, Клодий нагнал лектику,^[24] которую неспешно несли восемь темнокожих рабов. Неожиданно занавески носилок дрогнули, высунулась полная обрюзгшая физиономия. Брат Аппий! Какая встреча! Интересно, куда направляется старший брат? Может быть, к Лукуллу за Город, вкушать жареных дроздов? Но первым вопрос задал Аппий: