Мы жили в одном районе. Микки — мой кузен, сын дяди Чарли. Он был рыжий, курчавый, тощий, как проволочная ве­шалка, но не уступал ни одному броктонскому силачу. Сколь­ко раз я из-за него нарывался на неприятности, не сосчитать, но и он меня из всяких передряг вытаскивал не раз и не два. Бобби был кузеном Микки (моим кузеном он не был). Я его считал своим старшим братом, с тех пор как моего собственного брата убили в перестрелке. Ди была женой Бобби. А Барни был самым забавным парнем из всех, кого я знал. В старших классах он меня опекал и защищал.

Каждый год летом мы работали в «Винограднике»: стояли за стойкой, обслуживали столики. Зимой трудились на парков­ках в клубах, нанимались на яхты, были курьерами.

Может, кто-нибудь из тех, кто живет «правильно», счел бы нас дурной компанией. И ошибся бы. Говорят, родственников не выбирают, а вот выбрать тех, кого любишь, можно. И мои друзья мне были ближе, чем родственники.

Люди из Броктона делятся на два типа. Одни, чтобы свести концы с концами, откладывают каждый грош. А другие выжи­дают, присматриваются — и срывают куш.

Мы определенно относились ко второй группе.

Дело подыскал мой кузен Микки.

Это был по-настоящему большой куш.

***

Как только Нед ушел, Тесс рухнула на кровать и воскликнула:

— Тесс, ты с ума сошла!

Разве это не безумие — открыться такому человеку, как Нед! Тем более что проблем и так предостаточно.

Но в Неде было что-то такое… Удивительные глаза, море обаяния, по-мальчишески симпатичная физиономия. Он был очень внимателен с ней. С Тесс давно никто так не обращался. С Недом она чувствовала себя желанной. И ей это понрави­лось — как понравилось бы любой женщине. Если бы он толь­ко знал…

— Следующий! — вдруг услышала Тесс. Он стоял, присло­нившись к косяку.

Тесс чуть не подпрыгнула от неожиданности. Она даже не слышала, как повернулся в замке ключ.