— Но Принцесса ведь умеет за себя постоять.
Так-то оно так, если бы только знать наперед, что случится. Я это и сказал Джанет, пока искал телефон Дейва Крейторпа. У него есть самолет «бигл-пап», который стоит неподалеку от «Мельницы». Он уже не раз возил нас с Принцессой в разные места, и я молил Бога, чтобы Дейв был дома и согласился лететь или по крайней мере одолжил мне самолет, чтобы я сам слетал в Глазго.
Пока я ждал ответа, Джанет спросила:
— Кого ты хочешь найти, Вилли? И зачем?
Когда я объяснил ей, она разъединила телефон.
— Господи, у отца есть «бичкрафт барон» в Хитроу. Он прилетел на нем во вторник и пока что находится в Лондоне. Я сама доставлю тебя в Глазго.
Батюшки! Папочка-граф! Я не стал выяснять, позволит ли он ей такое, потому как подозревал, что она не станет утруждать себя просьбой. И в Хитроу никто не посмеет остановить ее, потому как она окинет их взглядом, в котором они сразу увидят десять поколений шотландских графов. К тому же «бичкрафт» развивает скорость до двухсот двадцати пяти миль в час, а «бигл» — в два раза меньше.
Я обнял и поцеловал ее. Вполне искренне. Она была такая свежая и милая, что поцеловать ее было одно удовольствие. Тут я позвонил уже в Глазго и с ходу дозвонился. Я велел Малышу Джоку Миллеру, чтобы он подготовил мне машину в аэропорту Глазго с двух ночи. Он сказал «Угу», и я положил трубку. Джок получал пенсию от Принцессы, потому как, работая на нее, нарвался на пулю, которая лишила его глаза. Теперь у него был гараж в Глазго. Он говорил редко, но если уж, как сейчас, вы слышали его «Угу», то можно было не волноваться.
— Однажды, еще девочкой, я была в замке Гленкрофт, — сказала Джен. — Это просто большой особняк к северу от Лох-Шила. А вокруг на многие мили ни души.
Я сказал ей на это, что теперь там есть телефон и вроде бы в замке кто-то жил. Я говорил и ходил по комнате, открывая ящики, что-то вынимал из сумки, что-то туда укладывал. Джанет смотрела и не задавала лишних вопросов. Она уже кое-что поняла насчет нас с Принцессой, а чего не знала, то, похоже, вычислила.