Даже теперь я готов был поставить на то, что она ухитрится выиграть бой с автоматчиками Роделя, если дело дойдет до этого. Но пока до этого дело не дошло. Я успел привести в боевую готовность гранаты, но все было тихо. Только потом мы узнали, в чем дело, и в это трудно было поверить.

Тогда мы только знали одно: они оставили нас в покое на столько, сколько мне потребовалось, чтобы разобраться с гранатами. Собственно, они дали нам куда больше времени, потому как на гранаты у меня ушли считанные секунды. Потом Принцесса кивнула, и я пополз вперед к повороту, а она прикрывала меня своим кольтом. Затем я осторожно заглянул за угол.

Я увидел только темноту, подал знак Принцессе, и она присоединилась ко мне, прихватив и фонарик, но не включая его. Мы так прождали минут десять. Затем вдалеке, у другого поворота, мы увидели блики света. Ребята Роделя продвигались вперед медленно, прячась за контрфорсами. Принцесса стала отползать от меня. Я понял, что она задумала. Минуту спустя вспыхнул ее фонарик, осветив центральную часть погреба. Тотчас же началась неистовая стрельба, но Принцесса была далеко от фонарика, прячась за выступом стены.

Ни одна пуля так и не задела фонарик, который Принцесса поставила то ли на ящик, то ли на старинную колоду для рубки голов. Впрочем, это не имело значения, потому что я сразу же увидел то, что хотел: трое прятались за каменными столбами, четвертый перебегал от столба к столбу. Я выдернул чеку, отсчитал «раз, два, три» и швырнул гранату так, чтобы она упала сзади тех, кто прятался, а сам снова скрылся за выступом. Граната разорвалась с приятным моему слуху грохотом, и секунд десять по всему подвалу летали осколки, весело рикошетируя от каменных стен и потолка. Впрочем, интереснее всего то, что случилось потом.

Замок рухнул.

Я, наверное, единственный в мире человек, которому удалось взорвать целый замок одной гранатой.