— Здравия желаем, товарищ полковник!

Начальник отдела, разрешив офицерам и прапорщикам стоять в строю вольно, обошел их, вглядываясь в лицо каждого и каждому пожимая руку. Затем вышел на середину шеренги:

— Ну, как дела, спецы?

Со всех сторон посыпалось:

— Нормально!

— Порядок!

— Все о'кей!

И только майор проговорил:

— Могло быть гораздо лучше!

Полковник тут же внимательно посмотрел на Пашина:

— В чем дело, майор?

Григорий улыбнулся:

— Да я это так! Поговорка моего школьного друга. Он всегда так отвечал на вопрос. А если серьезно, все у нас нормально, Борис Ефимович! Прыжки прошли по плану. Группа со второго раза приземлилась на площадку, ограниченную в размерах по квадрату «D».

Луганский спросил:

— Со второго захода? Почему не с первого?

Командир группы объяснил:

— На такую площадку даже при компактном покидании борта всем лечь в цель невозможно. Это вам и инструктор подтвердит. Пришлось со второй попытки строить в воздухе «этажерку». И тогда приземлились нормально.

Полковник кивнул головой:

— Ясно. Ну что ж. У тебя обед во сколько?

— В 13.30. По распорядку.

— После приема пищи всем отдыхать. Всем, кроме командира группы. Я пока встречусь с полигонным начальством, решу кое-какие вопросы и в 14.20 вернусь. Тебе, Пашин, к этому времени уложить личный состав и ждать меня в своем штабном отсеке.

— Есть, товарищ полковник!

Луганский повернулся было к машине, но остановился, спросив у командира «Скорпиона»:

— Людей о предстоящем выходе предупредил?

— На это не было вашего распоряжения!

— Да? Предупреди!

— Сделаю!

Луганский укатил на «Волге» в управление Учебного центра.

Подчиненные тут же обступили Пашина, забросав его вопросами:

— Командир, что за выход? Почему вчера не сказал? Далеко летим? Когда выходим?