И далее в том же духе.

Майор спросил:

— А кто это вам, господа офицеры, разрешил строй развалить? Кто, я спрашиваю? А ну в одну шеренгу, становись! Смирно!

Офицеры и прапорщики, выполнив распоряжение Пашина, замерли в строю.

Майор произнес:

— Вольно! А вот теперь отвечу на ваши вопросы и доведу общую обстановку.

Пашин сообщил подчиненным все, что на этот момент знал сам, однако не вдаваясь в подробности. В частности, он не сказал, что группе придется в автономном режиме обрабатывать сразу две цели и действовать против превышающего по численности противника. Об этом ребята узнают позже, при постановке задачи и оглашении боевого приказа.

В 14.30 полковник Луганский и майор Пашин уединились в штабном отсеке палатки.

Начальник отдела спросил:

— Прокачал ситуацию?

— Прокачал. Разведка никаких новых данных не сбрасывала?

Полковник отрицательно покачал головой:

— Нет. Да и ждать нам больше нечего. То, что нужно знать, мы знаем.

— За передвижением подразделения имитации прорыва границы и отрядом Шульца с сопредельной стороны наблюдают?

— Тоже нет. Такой возможности у нас нет.

— Понятно. Будем работать вслепую.

— Ну почему вслепую? Нам известен замысел противника, а это главное!

— Да. Если только ранее разведчик, а вместе с ним и мы не проглотили «дезу».

Луганский вновь покачал головой:

— Нет, Гриша. Затевая перенос денег, Гурбани надо скрыть сделку, а не выставлять напоказ, прикрывая дезинформацией. В нашем случае она просто ни к чему! Бандиты в назначенное время начнут свою игру. А мы кардинально скоординируем ее. В общем, вечером собирай личный состав, вводи в курс дела и готовь к вылету. Завтра в 22.00 за вами прибудет микроавтобус. Вылет, как я и говорил, в 23.50. Борт подготовлен, экипаж проинструктирован. Да, сегодня в ночь со штурмовика опушку в секторе «D» пометят неоновым сигнализатором, чтобы обозначить вам ориентир!