— Меня, во всяком случае, ей напугать удалось. Она ничего вам не сказала сегодня о самоубийстве?

Рассо ответил не сразу, но под кожей еще явственней проступили очертания черепа.

— Что-то вроде говорила.

— Вы не припомните, что именно?

Он глубоко вздохнул.

— Она сказала, что если я хочу увидеть ее живой, то должен пустить к себе. Это означало сидеть и ждать ее. Но я не мог. Мне надо было ехать сюда.

Я перебил его.

— Живой? Так она сказала?

— Да, но тогда я не принял это всерьез.

— Нет, это серьезно. Мне кажется, она очень хотела, чтобы я отыскал и вернул се.

Он вскинул голову:

— Почему вы так думаете?

— Потому что она оставила дверь аптечки приоткрытой. Она не пыталась скрыть то, что взяла таблетки. По крайней мере, не очень пыталась. — Я взял в руки список. — Как насчет ее родственников? Бельэр, Эль-Ранчо и Сихорс-лейн — весьма фешенебельные районы.

— Они богачи, — сказал Рассо мрачно. Его поникшие плечи словно дополнили: «А я бедняк».

— Ее отец — это тот самый Джек Леннокс, которому принадлежит вышка, где случилась авария?

— Она принадлежит ее деду. Уильяму Ленноксу. Его компания владеет немалым количеством нефтяных скважин.

— Вы с ним знакомы?

— Однажды виделся. В прошлом году он пригласил меня к себе на вечеринку в Эль-Ранчо. Меня, Лорел и прочих родственников. Гости разошлись довольно рано, и мне не удалось с ним пообщаться.

— Лорел и дед в близких отношениях?

— Раньше были в близких, пока у него не появилась женщина. А что?

— Авария, похоже, сильно ее расстроила. Она страшно переживала из-за птиц.

— Знаю. Это потому, что у нас нет детей.

— Она вам это говорила?

— Тут все ясно и без слов. Я хотел детей, но она, видите ли, не была готова стать матерью. Ей проще было заботиться о птичках. Теперь я даже рад, что у нас нет детей.

В его словах была настоящая боль. Наш разговор еще раз напомнил ему, что иные пути в его жизни оказались отрезанными.