- Кстати, боцманская фотография тоже здесь есть, - сказал Дымокуров и, порывшись в папке, подал Бирюкову пожелтевший от времени фотоснимок.

На фоне приближающегося трамвая безногий большеголовый мужчина, сидя на низенькой роликовой тележке и протягивая перед собой забинтованную руку, вроде бы просил подаяние. Макушку его прикрывал блин бескозырки с лентой Черноморского флота, а из-под увешанного значками и медалями бушлата виднелся мутный треугольник тельняшки.

- Спившийся инвалид войны? - подняв на Аркадия Ивановича глаза, спросил Антон.

- Мошенник-попрошайка. Учитель Васи Сипенятина, с позволения сказать. Об этой компании много может поведать Степан Степанович Стуков. Он более двадцати лет проработал в нашем управлении.

- Степан Степанович?! - обрадовался Антон.

- Да. Знаете?

- Преддипломную практику у него проходил. И после, когда работал в райотделе, приходилось встречаться. - Бирюков повернулся к Голубеву. Слава, ты ведь тоже должен помнить Стукова. Сухощавый такой с чубчиком и в старинных роговых очках...

- Конечно, помню.

- Сейчас мы сходим к нему, он здесь недалеко живет. - Антон снял телефонную трубку. - Прежде только справочку о Сипенятине наведем...

Через несколько минут стало известно, что Сипенятин В. С. освободился из исправительно-трудовой колонии полтора месяца назад без права проживания в Новосибирске. Местом жительства ему определен Тогучинский район Новосибирской области, куда он прибыл в установленный срок, получил паспорт и устроился шофером в межколхозную передвижную механизированную колонну.

- Наш район?! - взглянув на Антона, удивился Голубев. - Закажи по междугородной Тогучин, я переговорю с председателем Межколхозстроя.

Междугородная сработала четко. Разговаривал Голубев недолго и, положив телефонную трубку, невесело сказал: