- Не считая наслаждения, которое я вам доставляю, что еще я могу сделать для вашего удовольствия, моя распрекрасная?

Она делает глубокий вздох, чтобы овладеть собой.

- Не могли бы вы разжечь камин в столовой? Мой Фелиций настолько постарел, что уже не может сгибаться.

- С радостью и удовольствием, - с поспешностью говорит Толстяк.

Перед тем, как выйти из комнаты, он заявляет, качая головой: - Я не имею права давать вам советы, но вам следовало бы подыскать другого прислужника. Ваш Фелиций - инвалид от половой щетки, и, как таковой, имеет право отныне на войлочные комнатные тапочки и на настой из цветов липы и мяты. На днях вы его обнаружите на коврике у входной двери, покрытого плесенью.

Он произносит эту блестящую тираду и удаляется. Я остался один с дамой его туманных мыслей.

- Какой феномен! - улыбается она.

- Мадам, - заверяю я, - вы взяли на себя благородную и великую миссию, пытаясь воспитать этакого людоеда.

Уважаемая графиня разочарованно надувает губки.

- Только смогу ли я это сделать? - вздыхает она. - Мальчик не лишен некоторого здравого смысла, но по всему видно, что он провел свою жизнь в свинарнике.

- Он провел большую часть жизни в полиции, - вступаюсь я за него. Извините за откровенность, мадам, но судя по его некоторым обмолвкам, я сделал вывод, что вы проявляете к нему определенный интерес?

Она порозовела, ее ясный взгляд какое-то мгновение кажется смущенным.

- Он меня развлекает. Это добродушный большой пес, которого интересно было бы выдрессировать. Поймите меня, господин комиссар, я так одинока.

Она испускает вздох и кидает на меня многозначительный взгляд, который так пространно говорит о ее огорчениях и ее желаниях, что на память сразу приходит Транссибирская магистраль. Если бы я не был таким надежным другом, и, особенно, если бы я испытывал к даме определенные чувства, то стоило мне только протянуть руку, и я бы обслужил себя без всякого труда.