Но на этот раз он действительно выглядел так, как будто постель была самым подходящим для него местом, и я использовал этот факт как аргумент в борьбе против доктора Теобальда. В городе много случаев брюшного тифа, да и осенние эпидемии не за горами. Неужели Раффлс хочет, чтобы я оставил его в тот самый момент, когда он может серьезно заболеть?

— Мой дорогой, ты же знаешь, я этого не хочу, — устало сказал Раффлс, — этого хочет Теобальд, а я не могу себе позволить не послушаться его сейчас. Не то чтобы меня серьезно волновало, что может со мной случиться теперь, когда эта женщина знает, что я не умер; я абсолютно уверен, что она проговорится, и в лучшем случае будет страшный скандал, чего я все эти годы старательно избегал. Чего я хочу от тебя — это чтобы ты уехал, нашел где-нибудь тихое место и сообщил мне, что мне будет где укрыться, когда грянет буря.

— Ну наконец-то! — воскликнул я; мое настроение стало выравниваться. — Наконец-то ты говоришь дело. Я-то думал, что ты хочешь бросить меня навсегда.

— Только ты и мог так подумать, — насмешливо ответил Раффлс, но это было даже приятно после моих предыдущих переживаний. — Нет, дорогой Кролик, ты просто должен найти новую нору для нас обоих. Попробуй поискать где-нибудь в низовьях Темзы, в каком-нибудь тихом, глухом захолустье, которое литератор обычно выбирает для работы. Я часто думал, что можно гораздо чаще, чем принято, пользоваться лодкой, пока семья, например, сидит за обеденным столом. Если Раффлсу суждено возвратиться к жизни, старина, он еще покажет, чего стоит! Попробуй также поездить на велосипеде. Съезди в Хэм-Коммон, или Рохэмптон

Я вписался в эту схему без малейших колебаний, потому что у нас было достаточно средств, чтобы осуществить ее без особых усилий, к тому же Раффлс выделил дополнительно в мое распоряжение весьма существенную сумму. Кроме того, я сам был рад искать «другие поля и пастбища иные» и в поисках новой обстановки собирался буквально следовать этой фразе.