Обведя взглядом немногочисленных посетителей, цыганка решительно направилась к Татьяне.

— Не помешаю?

Та отметила и четкий выговор, почти без акцента, и непривычную деликатность; подумала, что нет никаких причин отказывать, и приветливо ответила:

— Нисколько. Садитесь, пожалуйста.

Цыганка кивнула на Полю и расцвела обаятельной улыбкой:

— Хороший будет друг, от души дарен.

Какое-то время молча пили: цыганка — торопливо принесенный кофе, Татьяна — пенное холодное пиво, жмурясь от удовольствия и наслаждаясь каждым глотком.

Допив чашечку, цыганка достала жестом фокусника, из ниоткуда, черные гадальные карты размером в полторы ладони и, протянув Татьяне, попросила:

— Не погадаешь Наташе, красавица?

— Отчего же нет? — ответила та. — Погоди, только пиво допью.

За спиной Татьяны девушки с трудом удерживали повара, который рвался пресечь цыганкины «безобразия». Было слышно, как они бормочут ему: «Все в порядке, нет, ну ты слышал — у нее все не как у людей. Это кто кому гадать должен?» И невнятное его бурчание в ответ о том, что вот когда украдут и деньги, и енота-лапочку, тогда пожалеют, что его не послушали, но будет уже поздно.

Тем временем Татьяна ловко перетасовала карты, нисколько не смущаясь нестандартным размером, отодвинула край скатерти и принялась раскладывать их на столе. Подбежала с подносом любопытствующая девушка, попыталась поставить тарелки с солянкой и огромным бифштексом с кровью, но была остановлена строгим предупреждением:

— Еду не ставь, а то карты обидятся и станут врать.

И Наташа одобрительно покивала, подтверждая, что так оно и есть.

— Ну, что тебе сказать? Сама видишь: дорога близкая вечерняя в семейный дом, ссора мелкая с родителями или близкими старшими родственниками из-за денег, все суета и хлопоты. У отца твоего брат не родной, двоюродный что ли? Болеет он, но не смертельно, больше капризничает, ему вашего внимания не хватает.