— Здравствуйте, Сенечка, драгоценный вы наш! Подвезти нужно, даже очень.

Она добыла из сумочки тоненькую изысканную визитницу с монограммой в нижнем углу, а оттуда — две карточки и протянула Юре:

— Вот, на днях сменила номер, а позвонить не успела. Простите великодушно. И перед Никником за меня извинитесь.

— Обязательно. Куда едем?

— На Большую Васильковскую, если вас не затруднит. А теперь простите, Сенечка, полминутки.

Она достала мобильный телефон, набрала номер и произнесла очень мягко и ласково:

— Я уже еду. Нет, ненадолго, еще пропасть дел. Заскочу переодеться. У меня намечается встреча, и древние персидские украшения — звякнула браслетами, — там ни в дугу, ни в Красную Армию. Нужно поговорить. Нет, не волнуйся. Какое закончилось, белое? Хорошо, куплю. Больше ничего? Тогда пока, до встречи.

В почти пустом ювелирном магазине, где шаги посетителей гулко отдавались от вымощенного мрамором пола, где скучал здоровяк охранник и вполголоса обсуждали какую-то стерву Юльку две очаровательные продавщицы, будто бы сошедшие с рекламы зубной пасты, одинаково полезной для всей семьи, Марина примеряла кольца, то и дело призывая Андрея оценить очередной экземпляр. Сложность заключалась в том, что молодой человек не находил сколько-нибудь существенной разницы в предлагаемых ему вариантах и полагал, что они отличаются только размером и ценой. Цена его не интересовала, а как произведение искусства ни одно кольцо не привлекало внимания, и потому его раздражало, что девушка постоянно отвлекает его от собственных мыслей.

Он вообще не любил эти выходы в ювелирные и мебельные, супермаркеты и обувные, как в свет. Для Марины они приравнивались к культурным событиям, как иные ходят в оперу или филармонию. И его отношение обижало девушку. Она не раз и не два упрекала Андрея в высокомерии, а сакраментальное «Будь проще, и к тебе потянутся люди» когда-то не сходило с ее языка. Впрочем, подобные споры чаще всего заканчивались слезами; а Андрей в таких случаях поворачивался и уходил, давая ей возможность, как он формулировал, «взять себя в руки и хорошенько подумать».