До двух часов дня спорили, по какому телефону следует звонить, рылись в «Желтых страницах» в поисках номера отдела по розыску пропавших граждан, а потом дозванивались по этому номеру.

Узнав, что девушка отсутствует всего несколько часов, специалист по розыску пропавших из городского управления внутренних дел сказал недовольно:

— А зачем вы сюда звоните? Мы занимаемся случаями длительного отсутствия или если есть подозрение на криминал. У вас есть такие подозрения?

— Есть! — ответила Светлана Сергеевна. — Вы не знаете мою дочь. Она не могла так просто куда-то с кем-то уехать. Вика хорошая девочка, она всегда возвращалась домой вовремя…

— В любом случае это дело в нашу компетенцию не входит. Позвоните в местное отделение милиции, оставьте заявление — если будет необходимость, то нам его передадут. Но я думаю, что ваша дочь вернется еще сегодня. Или позвонит. Просто девочке захотелось поиграть во взрослую жизнь. Вы же сами сказали, что она грубо разговаривала с вами по телефону. В этом возрасте никогда не знаешь, чего от них ждать.

«Делать мне больше нечего — искать загулявших выпускниц», — пробормотал себе под нос специалист по розыску пропавших, закончив беседу с Сиверцевой. Он прекрасно знал нравы современной молодежи и не придавал значения материнским уверениям в добропорядочности их дочерей.

А Светлана Сергеевна в это время снова крутила диск телефона. На этот раз она, не мудрствуя лукаво, набрала 02 и начала разговор сразу на повышенных тонах:

— Вы тоже скажете, что не собираетесь искать мою дочь?

— Спокойнее, пожалуйста, — отозвались на другом конце провода. — У вас пропала дочь? Где, когда, при каких обстоятельствах?

Странное место

Черный БМВ свернул с шоссе на второстепенную дорогу, которая довольно скоро уткнулась в высоченный забор с колючей проволокой поверху. Проволока была натянута спиралью, как в американских тюрьмах.