Накануне вечером Вика поцапалась с мамой из-за формы одежды. Мама настаивала, что на выпускной бал надо идти непременно в платье, приличествующем случаю. Но Вероника не хотела выглядеть в глазах одноклассниц старомодной дурочкой и отправилась в школу в мини-юбке и блузке, открывающей треугольник голой кожи на животе, а также в умопомрачительных босоножках модного нынче стиля «лошадиное копыто».

Но это были еще цветочки. Ягодки начались глубокой ночью, когда Вика позвонила домой с дискотеки. Голос ее звучал как-то странно, и мама поняла, что дочь пьяна.

На самом деле Вероника была лишь слегка навеселе, но для ее мамы степень опьянения значения не имела. Будучи убежденной трезвенницей, Сиверцева-старшая считала алкоголь главным врагом человечества, и пьяные нотки в голосе Вики повергли ее в настоящий шок.

— Немедленно домой, слышишь! — кричала Светлана Сергеевна в трубку.

А Вика в ответ отрезала: «Когда захочу, тогда и приду», — и бросила трубку. И вот уже полдень нового дня, а ее все нет.

Светлана Сергеевна с утра начала обзванивать одноклассников Вероники. Тот факт, что некоторые из них тоже еще не вернулись домой, ее нисколько не успокоил. Особенно взволновало Светлану Сергеевну сообщение одного парня, который видел Веронику в «Каравелле» и сообщил, что они с Наташкой Ивановой познакомились там с какими-то парнями лет по двадцать.

Это Сиверцевой-старшей чрезвычайно не понравилось. Секс, по ее мнению, был вторым главным врагом человечества после алкоголя.

К полудню она подняла на ноги всех родственников, провела целый консилиум по телефону, а потом — в более узком составе — у себя на квартире. Но ничего лучше, чем обратиться в милицию, никто придумать не смог. Альтернативный вариант — подождать, пока Вика нагуляется с мальчиками и вернется сама — категорически не устраивал Светлану Сергеевну.