Но на самом деле именно досада охватила чемпиона при получении известия о смерти Вадима Густова. Его убили весьма некстати. Густов нужен был Олегу для одного важного дела, которое теперь осложнялось чрезвычайно.

Предполагалось, что Густов и Щукин вместе отправятся на соревнования в Чикаго и как всегда поселятся в одном двухместном номере. Причем бабника Густова в номере не будет ни днем, ни ночью. Днем тренировки и соревнования, а ночью — любовь. Если Вадим не проведет ночь с женщиной, то на следующий день он просто не сможет выступать — так уж он устроен.

А сумка бронзового призера чемпионата Европы все это время будет стоять в номере. Потом — если ничего плохого не случится на американской и российской таможне — эту сумку в аэропорту Шереметьево-2 случайно украдут. Густов на это дело благополучно плюнет — ничего ценного в этой сумке отродясь не бывало, деньги и документы он держит во внутреннем кармане куртки. Так что Вадим трахнет пару московских девочек и спокойно укатит в Питер на «Красной Стреле».

Весь расчет строился на том, что американским таможенникам плевать, кто что вывозит из их страны — они тщательно следят лишь за въезжающими. А на Родине спортсменов, следующих организованной группой, тоже не станут особенно шмонать — они ведь не челноки какие-нибудь. А следовательно, сумка без проблем проследует через обе границы вплоть до того места, где ее должны «украсть». Густов потеряет сумку, форму (оплаченную спонсорами), смену белья и бритвенные принадлежности, и ничего не будет знать о комбинации, проведенной с его участием.

Но теперь Густов погиб, и вся прекрасно продуманная операция отправилась коту под хвост. Теперь Щукин даже не знал заранее, с кем вместе его поселят в Америке. Узнать, конечно, не проблема, но удастся ли провернуть ту же самую операцию с новым «почтовым голубем» — большой вопрос. А вдруг новый сосед будет безвылазно сидеть в номере. А вдруг он подымет кипеж в Шереметьеве, и «вора» возьмут еще до того, как он увезет сумку из аэропорта.