Главный редактор газеты «Молодой Петербург» Вера Попова была настроена решительно. Ира Лубенченко не вняла увещеваниям бандита в милицейской форме и рассказала все как было — и рассказ этот редактора отнюдь не обрадовал.

— Если у тебя переизбыток адреналина в крови, возьми отпуск и отправляйся искать приключения подальше от этого города. Куда-нибудь в горы или в открытый океан. Эффект тот же а риска гораздо меньше. Запомни раз и навсегда — тут тебе не Америка. Без лишней сенсации газета как-нибудь переживет, а вот наоборот — не уверена. Понятно тебе? Твои разоблачения бандитам ни капли не повредят, а нас всех убьют. И редакцию взорвут, и газету уничтожат, и я не знаю, что…

— Они нас боятся, упрямо прервала Попову Ирина. — Они засветили пленку, они угрожали мне и Коле. Значит, боятся. И наша публикация очень даже может им повредить.

— Нет! Если ты видишь главное предназначение журналиста в том, чтобы выводить подонков на чистую воду, то я твоего идеализма не разделяю. Я работаю в газете, чтобы кормить семью. Высшая справедливость — это нечто за гранью нашей сегодняшней жизни. Когда ты предложила тему о продаже пионерлагерей, я подумала, что это будет интересно читателям и полезно для газеты. Интересно и полезно — а не опасно. Теперь это стало более чем опасно — и я твою затею прекращаю. Хочешь продолжать — заявление об уходе мне на стол и действуй на свой страх и риск.

Ирина вышла из редакторского кабинета, громко хлопнув дверью.

Наверное, у нее действительно было слишком много адреналина в крови. И высшая справедливость тут ни при чем. Просто безопасные, спокойные и легкие задания казались Ирине неинтересными. Конечно, взять интервью у какой-нибудь крутой эстрадной звезды тоже не всегда легко — но куда интереснее пообщаться с ее обдолбанными до полной невменяемости поклонниками, которые готовы перегрызть глотку любому, кто скажет что-то не то про их кумира.