А еще лучше — выманить на беседу юного экстремиста с самопальным автоматом под плащом. Беседуя с одним таким персонажем, Ирина испытывала прямо-таки сексуальное возбуждение. Ее привели к нему с завязанными глазами, и первое, что сделал этот добрейшей души человек — зарядил боевыми патронами револьвер системы «наган», продемонстрировал его исправность, пальнув разок в стену (пуля просвистела около уха журналистки), и положил оружие на стол. Вместо пепельницы он использовал человеческий череп, причем хвастался, что лично убил его обладателя. Это он врал — череп был старый, однако страх не покидал Ирину ни на мгновение. И возбуждал, доставляя потрясающие, ни с чем не сравнимые ощущения.

А еще Ира не любила бросать начатое дело, не доведя его до конца.

«Плевать, — решила она после короткого раздумья. — Никакого заявления подавать не буду. Свободного времени полно, и отчитываться перед редактором о формах своего активного отдыха я не обязана».

Таким образом, вопрос о том, продолжать расследование или нет, был снят с повестки дня. Ира твердо решила продолжать. И проблема состояла только в одном — с чего начать.

Проникнуть на территорию, окруженную непреодолимым забором и защищенную хитрой системой сигнализации, не представлялось возможным. Позже можно будет попробовать, но для этого необходима дополнительная информация. А где ее взять?

Сотрудники «Молодого Петербурга» постарались на совесть и собрали о фирме «Плутон» и о стройке на месте бывшей Бригантины всю информацию, какую только смогли. Больше выжать из официальных и неофициальных структур невозможно. Особенно если Ирина будет действовать в частном порядке, без поддержки редакции.

А та информация, которая уже имеется, ровным счетом ничего не говорит о характере строительства, о системе охраны и о том, что за тайна скрывается за этим проклятым бетонным забором с колючей проволокой наверху.