
К середине дня милиция окончательно убедилась только в том, что погиб именно Густов. И одновременно укрепились в уверенности, что дело это глухое по всем статьям.
Правда, теперь появились версии. Связи с мафией, ревнивая любовница (или ревнивый муж обыкновенной любовницы) либо свихнувшийся от зависти товарищ по команде. Версию Мышкина о «синдроме Герострата» — убить знаменитость, чтобы самому стать знаменитым — Максимов решительно отверг.
— Этот Густов не Леннон и даже не президент Рейган. Всего-навсего бронзовый призер чемпионата Европы, да еще по спортивной гимнастике. Я лично его имя услышал сегодня впервые. Так что никакая он не знаменитость.
Итак, версии появились, а вот свидетелей по-прежнему не было. Никто из опрошенных не видел, как в лоб Густову всаживали пулю. Никто не слышал выстрела. Никто не заметил ничего подозрительного. Вернее, некоторые — особенно старушки — видели и слышали массу подозрительного и в эту ночь, и во все предыдущие, но несли они откровенную чушь.
Помимо этого сообщения разной степени правдоподобности целый день поступали по телефону. «Радио Северных Морей» все-таки передало информацию об убийстве Густова в утренних новостях и упомянуло о том, что милиция ищет свидетелей. И очевидцы не замедлили появиться. В анонимных телефонных звонках — чаще на радио, реже в милицию — они были гораздо откровеннее, чем в личной беседе с оперативниками. Но определить, кто говорит правду, кто добросовестно заблуждается, а кто просто развлекается, было в этих условиях крайне трудно.
— …Але, милиция? Я насчет убийства в парке Челюскинцев. Слушайте и запоминайте, повторять не буду. Ночью, во втором часу, какие-то пацаны вышли из парка на дорогу и сели в черный БМВ. Больше ничего не знаю. Адье.
Короткие гудки.
БМВ
«Мама с ума сойдет», — подумала Вероника.
Вокруг нее в салоне БМВ царило веселье. Мальчики поили девочек вином прямо из бутылки, девочки хохотали и лезли целоваться, парень за рулем декламировал «Песню о буревестнике» Максима Горького, только почему-то в стиле рэп и с существенными отступлениями от подлинного текста.
