- Мне надо было повидать одного парня, - сказал он. Его глаза сверкали, как бы смеясь, но сам он был белый как смерть, и губы его были так плотно сжаты, что, даже когда он улыбнулся мне, улыбка вышла кривой. - Думаю, сказал он, - пройдет еще немало времени, прежде чем кто-нибудь побьет тебя, Малыш.

Я сказал, что, надеюсь, так и будет. Теперь, когда все кончилось, я чувствовал себя жутко усталым. Конечно, скоро я почувствую зверский аппетит после боя, но пока я был просто ужасно усталым.

Лони пошел одеваться, и, когда он натягивал пальто на свитер, пола его отогнулась, и я увидел, что у него в боковом кармане - пистолет. Но до этого-то я у него пистолета никогда не видел. Да и любой мог бы обнаружить его здесь в раздевалке, пока Лони работал со мной. И я даже не мог спросить его об этом, потому что кругом было слишком много народу.

Вскоре вошел Перельман со своим менеджером и двумя типами, которых я не знал. Они, ясное дело, приехали с ним из Провиденса. Он смотрел прямо перед собой, зато остальная компания так и таращилась на нас с Лони, но, ничего не говоря, они прошли в свой конец комнаты. Мы все здесь переодевались, в одной длиннющей раздевалке.

Лони сказал Дику, который помогал мне: "Последи за временем. Я не хочу, чтобы Малыш вышел на улицу, пока не остынет".

Перельман жутко быстро переоделся и вышел, все так же глядя прямо перед собой. А его менеджер и двое остальных направились прямо к нам. Менеджер был крепкий мужик, лицо у него было плоское и смуглое, а глаза зеленые и какие-то рыбьи.

- Вы, я смотрю, ловкие ребята, - сказал он с акцентом, похоже, польским.

Лони весь подобрался и встал, предостерегающе подняв руку.

Дик Коэн облокотился на спинку стула, многозначительно постукивая по ней пальцами.

- Это я ловкий, - ответил Лони. - Малыш делал то, что я ему велел.

Менеджер посмотрел на меня, потом на Дика, потом снова на Лони и сказал: