Он связал сторожа разорванной на ленты простыней и сунул ему в рот кляп. Затем надел пальто и шляпу сторожа и спокойно вышел из камеры.

— А ты не хочешь пошляться по бабам? — обратился он к соседу.

Тот покачал головой.

— Они ничего не смогут мне пришить. И кроме того, для побега надо много чего подготовить, да и тебе отсюда ни за что не выбраться.

— Может быть, ты и прав, — согласился Джексон. На мгновение он прислонился к решетке камеры, из которой только что выбрался. Возможно, он и в самом деле совершает глупость. Ему тоже не смогут пришить никаких обвинений, если Тельма останется жива. Но он не был в этом уверен, а Мак-Крини ему не верил. А вот попытаться сорвать предполагаемое покушение Флипа на Тельму он сможет только на свободе.

И ко всему прочему эта Ольга…

— Трусишь? — поинтересовался он у соседа.

— Да нет… просто ни к чему.

Джексон прошел по коридору и затаился в углу рядом с дверью. Потом он заговорил, подражая голосу старика-надсмотрщика. Голос его звучал взволнованно и резко. Одновременно он застучат кулаком по стальной двери.

— Послушай, Джим, не зайдешь ли на минуту? Мне кажется, парень, которого прислал Мак-Крини, хочет повеситься.

Послышался шум отодвигаемого стула.

— Это каким же образом?

— Он рвет простыню на ленты.

— Ну так помешай ему, старый идиот, дай ему в челюсть! — буркнул писарь. Ключ в замке повернулся. — Если с ним что-нибудь случится, нам не миновать…

Едва только писарь просунулся в дверь, Джексон опустил ему на голову резиновую дубинку, которую позаимствовал у сторожа.

— Великолепная работа! Ребята не поверят! — похвалил его сосед по камере.

Джексон взял у потерявшего сознание писаря револьвер и сунул себе в карман. Потом он прикрепил на внутренний отворот куртки служебный знак и задвинул» стальную дверь на засов.

Пакет с его личными вещами еще лежал на столе у писаря. Джексон забрал деньги и открыл дверь в холл. Чиновник, обслуживающий лифт, находился в другом конце. Джексон поднял воротник куртки, словно хотел защититься от холода, и крикнул в сторону лифта.