В расстроенных чувствах, но с легким сердцем, я покинул квартиру, с некоторых пор превратившуюся для меня в камеру пыток, и направился к своему другу Роману Шилову. Хорошо, что ещё существуют друзья, к которым можно постучаться в любое время суток. С Ромой мы вместе заканчивали юрфак Томского университета, даже какое-то время работали в одной желтой газетенке. Правда, он — по заданию органов, а я — по собственной глупости. Этот стокилограммовый дитя природы сейчас трудится старшим оперуполномоченным в Управлении уголовного розыска, но, несмотря на серьезную должность, продолжает оставаться наивным и добродушным представителем сибирской флоры и фауны.

У Романа было помятое лицо, а в глазах — детское удивление. Такое впечатление, что он напрочь заспал мой образ, и теперь лихорадочно вспоминает, что за злодей заявился к нему, разбудив среди ночи. Я решил ему помочь.

— Рома, это я — твой друг Андрюша Говоров. Неужто не вспомнил?

— А ты это… Ты откуда?

— Из дома вестимо. Вернее сказать — из бывшего дома.

— Как это? — Глаза Романа сделались ещё более наивными. С такими, вероятно, появляются не белый свет.

— А так это. Марина предъявила мне ультиматум: или я оставляю ересь и вольнодумство, становлюсь законопослушным мужем и тогда получаю возможность безвозмездно пользоваться её имуществом, или получаю свободу, но расстаюсь со всем остальным. Я выбрал последнее. И вот я здесь, молодой и красивый, не обремененный никакими долгами и обязательствами. Есть ещё вопросы, гражданин начальинк?

— Шутишь?! — недоверчиво проговорил Шилов, отчего-то оглядываясь себе за спину, будто опасался, что на той стороне могут неправильно понять мою «шутку».

— Что случилось? — раздался ровный и бесстрастный, как глас Всевышнего, Тамарин голос.

— Да вот тут… Андрюша говорит, что разошелся с Мариной, — униженно, как бы оправдываясь, ответил мой друг. — Шутит должно быть.