Я бросил взгляд на дисплей, но вместо номера или идентификационного кода обнаружил на нем ряд «иксов» — хххххх. Тогда я подумал, что со мной пытаются связаться через коммутатор, причем делает это человек, который скорее всего не знает моего номера. Лорейн, телефонный оператор зала новостей, сидевшая в ячейке на возвышенном рабочем месте, переключила на меня неизвестного абонента, ибо последнему, похоже, удалось убедить ее в важности информации, которую он хотел довести до сведения вашего покорного слуги.

Я решил побыстрее отшить Гудвина.

— Послушай, Дон, как я уже говорил, комментировать случившееся мне не хочется. Кроме того, меня вызывают по другому аппарату. И похоже, по работе.

Сказав это, я торопливо нажал кнопку отключения, чтобы избавить себя от новых словесных атак Гудвина, не терявшего надежды пополнить свой блог за счет моих высказываний по поводу увольнения, после чего снял трубку параллельного аппарата и поднес к уху.

— Джек Макэвой у телефона, — произнес я, надавив на соответствующий тумблер.

Ответом мне послужило молчание.

— Здравствуйте, меня зовут Джек Макэвой. Чем могу помочь?

Наконец звонивший соизволил произнести несколько слов. Вернее, соизволила, ибо звонила особа женского пола, каковую я мгновенно идентифицировал как необразованную чернокожую бабенку из бедного квартала.

— Макэвой? Вы когда скажете правду об этом деле, Макэвой?

— Кто со мной говорит?

— Вы все врете, Макэвой. Вы — и ваша газета.

«Ах, если бы это и вправду была моя газета», — подумал я, но сказал другое:

— Мадам, если вы назовете свое имя и сообщите, в чем заключаются ваши претензии, я, так и быть, выслушаю вас. В противном случае…

— Они говорят, что Мизо — совершеннолетний. А это наглая ложь и дерьмо цыплячье. Кроме того, никакой шлюхи он не убивал.

Я сразу понял, кто мне звонит и почему. Такие звонки проходили у нас по разряду «протесты невиновных». Обычно мне звонили матери или подружки подозреваемых, чтобы сообщить, что все было по-другому и я все не так написал. Такого рода протесты поступали постоянно, но мне, по счастью, осталось выслушивать их очень недолго. Обдумав все это, я решил спустить дело на тормозах. Очень вежливо и очень быстро.