Однако шедший ко мне человек (я уже увидел, что это, скорее всего, выходец из Йемена, судя по внешности) вытянул вперед пустые ладони, в знак того, что он не соирается нападать. Тем не менее я не торопился верить в его мирные намерения.

- Эдин на зу! - крикнул я ему по-шумерски (нет, я не говорю пошумерски, эту фразу я видел на одном из интернетовских сайтов поклонников Ктулху, и означает она "Убирайся в пустыню"). Вообще-то ее использовали для изгнания демонов.

- Йог-Сотот нафл`фтагн? - спросил он меня.

- Я не поклонник Йог-Сотота, - ответил я уже на иврите. - Лучше будет, если ты оставишь меня в покое, пока я не прострелил тебе череп. Давай, подпрыгнул и убежал.

- Я поклоняюсь великому Ктулху, - сказал он с сильным акцентом. - Ты зачем приходил в синагогу? Ты частный детектив?

- Можно сказать и так.

- И тебя наняли, чтобы разыскать рукопись?

- Не задавай слишком много вопросов, - мне не хотелось объяснять ктулхупоклоннику подробности своей миссии. "Магнум", кстати говоря, на всем протяжении нашего разговора продолжал смотреть ему в живот. - Лучше скажи, рукопись толстая?

- Не очень, страниц около сорока, - секунду подумав, ответил он.

- А на каком языке?

- Частью на шумерском, частью на том языке, на котором говорили жители города Р`лайх, покоящегося ныне в глубинах Тихого океана. Но записано все арабскими буквами.

- Я постараюсь найти книгу, но тогда в оставите в покое йеменских евреев?

- Конечно, - он кивнул головой. - Верните нам книгу, и великий Ктулху вас не забудет.

- Уйди, - сказал я ему. - Нет никакого Ктулху, нет никакого города Р`лайх, и Хастур Невыразимый никогда не сочетался священным браком с ШуббНигурат. Это все кошмары давно вымершего народа.

"Однако эти кошмары до сих пор продолжают нас преследовать", - подумал я.

- Господин ошибается, - сказал он с поклоном, повернулся и пошел прочь, не оглядываясь.