Пусть носатый работодатель сполна оценит девичьи прелести. По сравнению с худющими, косыми и хромыми девчонками, у которых грудь от живота не отличишь, она — лакомый кусочек, которым и попользоваться не грех и похвастать перед знакомыми лестно.

Людмила знает себе цену. Только бы оформиться на работу, только бы понравиться будущему, дай-то Бог, боссу.

Она жеманно позирует и улыбается. В меру — стыдливо, в меру — кокетливо. Подавляя в себе неприятные ощущения ползающих по телу взглядов-червяков. Выразишь недовольство — останешься при своих интересах, с материнской пенсией и сладкими сновидениями.

— Работать со мной трудно, — наконец, приступает к деловой беседе Молвин. — Иногда приходится прихватывать вечера и… ночи.

Прозрачный намек слегка приоткрыл «служебные обязанности» будущей секретарши. Ничего страшного, подумала про себя Людмила, все мужики по складу характера и желаниям — вонючие козлы. Других девушка не знала. Придется терпеть и научиться призывным улыбкам и манящим жестам. Иначе в смутное время не проживешь. А дойдет до «главного» — изобразить неземную страсть, неожиданно «вспыхнувшую» у подчиненной к своему хозяину. Если, конечно, не удастся выскользнуть из мерзких об"ятий сластолюбца.

— Самое главное — держать рот на замке, — продолжил Егор Артемович, остановившись против девицы и вонзая ей в лицо пронизывающий взгляд. — Секретарь видного политика, которым я являюсь, поневоле становится свидетельницей встреч и бесед, суть которых не должна выноситься из служебного помещения… Насколько я понял, вы закончили курсы стенографии?

— Да, — в меру стыдливо улыбнулась Новожилова, опуская карие глазки. — И курсы работы на компьютере — тоже… Стенографистки в наш век никому не нужны, а вот компьютеры…

— Молчанию не учились? — недовольно перебил болтушку носатый. — Или таких курсов еще не придумали?

— Можете быть спокойны. Когда надо — слова не скажу.

Девица, вроде, подходит по всем статьям. Ощупать бы ее — опасно, вдруг взбрыкнет, на подобии дикой кобылки. Вон какие зубки открыла, улыбаясь — мелкие, хищные, но ровные, белоснежные. Полновата, не без этого, хотелось бы — поизящней. Впрочем, нередко полнота — хранилище женских взрывчатых эмоций.