Всему свое время, решил многоопытный политик, возьму в командировку, испробую на вкус — вдруг понравится. А не понравится — легче легкого отправить девку туда, откуда она появилась.

Главное все же — умение молчать, сохранять в целости доверенные ей секреты. Молвин почему-то верит — не продаст. И эта непонятная уверенность настораживает и радует его.

— Ваше рабочее место — приемная, между двумя кабинетами: моим и советника президента. Соответственно, будете обслуживать двоих…

Девица вопросительно моргнула. В каком, дескать, качестве обслуживать? И — в какой очередности?

Молвин нахмурился. Излишняя сообразительность нередко опасней откровенной тупости.

— Докладывать почту… Естественно, после моего предварительного просмотра. Бумаги на подпись. В такой же последовательности. Кофе, чай, прочие услуги… Советник — пожилой человек, ему немногое требуется, иногда — обычное внимание… Вам все понятно?

Еще бы, ясно, как Божий день. Основное внимание и заботу — помощнику, остатки — его хозяину. Которого, похоже, Молвин откровенно презирает. Лучше промолчать.

Выждав несколько минут и не получив ответа на заданный вопрос, Егор Артемович одобрительно улыбнулся.

— Можете считать себя принятой. Естественно, с испытательным сроком. Два месяца устраивает?

— Зарплата тоже… испытательная?

Девица не лишена чувства юмора, это хорошо, даже отлично! Общаться с куском мяса — смертная скука, Егор Артемович это уже проходил. Предшественница Людмилы подошла ему по всем статьям, кроме собеседницы. Молвин — отнюдь не молчун, ему нужна не только секретарша — любовница, но и — советчица, и — собеседница. Главное, чтобы его откровения не становились достоянием других людей, особенно, прессы.