Засекли их уже в последний момент, на отходе. Пошли следом в надежде пересечься еще на территории Пакистана. Не успели. Границу русские все-таки перемахнули. И тут капитан Баренски, взявший на себя командование антидиверсионным подразделением, допустил грубую ошибку. Ему бы развернуться в обратную сторону и поспешить с повинной головой к своему начальству. Ан нет! Азарт охотника оказался сильнее здравого рассудка. Погоня захватила. В сыпучих песках Афганистана русские спецназовцы неожиданно развернулись в боевую линию и навязали ему драку, не забыв, кстати, вызвать по радио вертолеты с пятью десятками бойцов. Недоученные моджахеды (ах как не хватало здесь американских парней!) глазом не успели моргнуть, как спецназовцы отрезали их от границы. Уже через сорок минут боя капитан Гарри Баренски был взят в плен лично Черновым. А спустя сутки давал показания в отделе военной контрразведки Сороковой армии.

Ответить на вопрос, каким образом он, военнослужащий Соединенных Штатов Америки, оказался на территории революционного Афганистана, было оч-ч-чень сложно.

Потом – три месяца тюрьмы в Кабуле. Офицеры ХАД

Гарри был уже на грани помешательства, когда американские власти обменяли его. Но из армии выгнали, лишив всех званий и наград. Вот вам и вся хваленая демократия.

Почти десять лет Гарри Баренски скитался по помойкам, пока в поле его зрения не появился человек, предложивший работу. Разовую, но весьма хорошо оплачиваемую. Выдал аванс, отмыл, приодел и поселил в отеле «Hilton» под чужой фамилией. Правда, всего на сутки. За это время отставному капитану было приказано войти в непосредственный контакт с «объектом» и… нажать на спусковой крючок великолепного австрийского пистолета «Глок-17», дополненного штатным глушителем ПБС-74…

Мише Гольфманду несказанно повезло как минимум трижды в жизни.

* * *

В первый раз когда, будучи еще гражданином Российской Федерации и директором частного торгово-посреднического предприятия, он назанимал у друзей денег якобы на закупку небольшой партии ходового товара.