- Мороженное есть? Дай одно.

- Отстань со своим мороженным! – истерически воскликнул продавец мороженного. – Не слышишь что ли, какой ужас творится...

Он включил приемник громче.

- Террорист-смертник снова вышел на охоту за людьми... – мрачно сказал усталый голос с надрывом и болью. – С неслыханным цинизмом прямо среди белого дня, прямо сейчас, на глазах сотен тысяч людей он медленно издевательски гонит жертву по проспекту...

- А где милиция? – шокировано спросила я. – Куда она смотрит?

- Она тоже смотрит! – мрачно ответил продавец.

Испуганно сощурившись от страха и всюду видя террористов, я медленно ехала по улице. Бросая затравленные взгляды и ожидая увидеть террористов, захвативших Москву.

Дрожа от страха, я заехала в первый попавшийся подъезд дома и тщетно пыталась открыть дрожащими руками дверь... Сейчас террористы захватят меня, и будут требовать свободы, угрожая застрелить меня пистолетом...

Я тяжело дышала.

- Пуля, что с тобой? Это ты? – услышала я удивленный голос.

- Андрей Дмитриевич! – увидев знакомое лицо, я в облегчении бросилась ему на шею.

- Что такое, что такое? – успокаивающе произнес Андрей Дмитриевич, в чей подъезд я случайно заехала.

- Террористы!

- Где!?

- В радио!

- В каком?!

- В маленьком!

- А, это... – с видимым мужским преимуществом сказал он. – Успокойся. С минуты на минуту их поймают. В город вызвали подкрепление в виде четырех дивизий ОМОН, спецназа и голубых беретов. Сиди спокойно, только что передали, что дивизия захвата ОМОН уже начала штурм. Сказали, через пять минут все будет кончено. Их обнаружили. Террористов расстреляют из пулеметов, не беря в плен.

Я успокоено села, взявшись за руку своего бывшего учителя.

- Ну, расскажи про себя? – ласково сказал он.

- Я выхожу замуж! – счастливо сказала я.

- Молодец!

- Но сегодня все наперекосяк... – жалобно заскулила я. – И Олю Ивановну подстрелили.