- Это ничего не значит, - вмешался я. - Джек не признавал табу. Он ущипнул бы и жену епископа, будь у него игривое настроение.

Ренкин нахмурился:

- Можете вы описать эту женщину?

- Она очень привлекательна. - Бруер нервно потер руки. - Брюнетка, с хорошей фигурой, в темно-синих спортивных брюках и белой блузке. Лица я как следует не разглядел: на ней была большая шляпка и очень большие темные очки.

- Возраст?

- Двадцать с лишним, вероятнее всего, двадцать пять.

- Узнаете вы ее, если встретите снова?

- Безусловно.

- Предположим, она будет без шляпки и темных очков и, скажем, в белом платье. В таком наряде вы узнали бы ее?

Бруер задумался. На лице его появилось растерянное, немного глуповатое выражение.

- Может быть... - неуверенно протянул он.

- Значит, вы запомнили не внешность женщины, а ее одежду?

- Гм... Пожалуй, вы правы.

- Итак, в этом вопросе на вашу помощь рассчитывать не приходится, сказал Ренкин. - Ну ладно, что было потом?

- Мистер сказал, что ему нужно поскорее вернуться. Я видел, как они уехали на его машине.

- Свою машину она, выходит, оставила здесь?

- Я не заметил никакой другой машины. Она, я думаю, пришла пешком.

- Дайте мне ключ от его номера.

- Может, позвать Гривса? Он сыщик в штате нашей гостиницы.

Ренкин отрицательно покачал головой.

- Не надо. Нечего впутывать в дело еще одного человека.

Бруер направился к полке, где хранились ключи. Мы пошли следом, сопровождаемые взглядами тех же пожилых джентльменов и их жен.

Не найдя на полке ключа, Бруер сказал:

- Он, должно быть, забрал его с собой. Я дам вам запасной. Скажите, что-нибудь случилось с мистером Шеппи?

Джентльмены во фланелевых брюках, затаив дыхание, подались вперед: наконец-то будет вознаграждено их терпеливое ожидание.