«Добро пожаловать в Амстердам!» — подумал я и вытащил носовой платок. Я приложил его пару раз ко лбу, и зрение восстановилось.

Весь инцидент с начала до конца не занял и десятка секунд, но, как всегда бывает в таких, случаях, вокруг меня собрались взволнованные люди. Для людей внезапная или насильственная смерть вроде бочонка меда для пчел: и то, и другое привлекает великое множество существ, даже если за мгновение до этого казалось, что вокруг нет никаких признаков жизни.

Я не обратил на них внимания. Не обратил его и на Дюкло — я уже ничем не мог помочь ему, так же, как и он мне, — даже обыскав всю его одежду, я все равно ничего бы не нашел: как всякий опытный агент, Дюкло никогда не доверял бумаге, а тем более магнитофону, он полагался только на свою тренированную память.

Человек в черном мог уже сто раз скрыться вместе со своим смертоносным оружием, и только укоренившийся инстинкт и всегдашнее правило — проверять даже то, что не нуждается в проверке — заставили меня посмотреть, действительно ли он исчез.

Оказывается, человек в черном все еще был в поле моего зрения. Он, правда, прошел уже две трети пути, направляясь в зал прибытия пассажиров, спокойно шагая и небрежно покачивая своей сумкой, как будто не ведая о том, что творилось позади. На мгновение я замер в недоумении, но лишь на мгновение: я понял, что передо мной настоящий профессионал. Профессиональный карманник, очутившись на скачках в Аскоте, естественно, не упустит случая облегчить стоящего рядом седого джентльмена в цилиндре от бремени его бумажника, но никогда, если он в здравом уме, не бросится бежать под крики «Держи вора!», ибо знает, что это лучший способ попасть в руки разъяренной толпы.